live
22:35 Футбол. Лига Наций. Прямая трансляция. Хорватия - Испания
22:35
Футбол. Лига Наций. Прямая трансляция. Хорватия - Испания
00:40
Все на Матч!.
01:30
Команда мечты. [12+]
02:00
"Тает лёд" с Алексеем Ягудиным. [12+]
02:30
Профессиональный бокс и смешанные единоборства. Афиша. [16+]
03:00
Хоккей. Молодежные сборные. Суперсерия. 6-й матч. Прямая трансляция из Канады. Россия - Канада
05:30
Безумные чемпионаты. [16+]
06:00
Заклятые соперники. [12+]
06:30
Жестокий спорт. [16+]
07:00
Новости.
07:05
Все на Матч!.
08:55
Новости.
09:00
Футбол. Лига Наций. Бельгия - Исландия [0+]
11:00
Новости.
11:05
Все на Матч!.
11:50
Футбол. Товарищеский матч. Германия - Россия [0+]
13:50
Новости.
13:55
Фигурное катание. Гран-при России. Мужчины. Короткая программа. Прямая трансляция.
15:35
Новости.
15:40
Все на Матч!.
16:00
Фигурное катание. Гран-при России. Танцы на льду. Ритм-танец. Прямая трансляция.
17:20
Новости.
17:25
Все на футбол! Афиша. [12+]
18:25
Фигурное катание. Гран-при России. Пары. Короткая программа. Прямая трансляция.
19:40
Все на Матч!.
20:00
Фигурное катание. Гран-при России. Женщины. Короткая программа. Прямая трансляция.
21:20
Новости.
21:30
Все на Матч!.
22:35
Футбол. Лига Наций. Прямая трансляция. Нидерланды - Франция
Футбол

«Наш футбол надо тряхануть по полной». Как актер из фильма «Брат» стал президентом футбольного клуба

8 ноября 10:35
«Наш футбол надо тряхануть по полной». Как актер из фильма «Брат» стал президентом футбольного клуба
Фото: © кинокомпания СТВ
Большое интервью из Пскова.

В юности Алексей Севастьянов играл за хоккейную сборную Эстонию, в молодости снимался в «Брате» и «Особенностях национальной рыбалки», а в тридцать четыре года стал президентом футбольного клуба «Псков-747». Как все это вышло, он рассказал мне в своем офисе на втором этаже псковского автоцентра.

«Родители развелись, когда мне было двенадцать. Мама по профессии зубной врач, ей предложили работу в рыбацком городке - пятьдесят километров от Тарту. Сразу дали квартиру, и она туда уехала, а я с восьмого класса жил один. С мамой поехать не мог - из-за школы и тренировок.

Отец - заядлый футболист, а я был хоккейным вратарем и лет до двадцати играл за сборную Эстонии. В детстве почти ежегодно участвовал в «Золотой шайбе» и входил там в число лучших, что позволяло неделю тренироваться у Анатолия Тарасова. Это неоценимый опыт: он воспитывал в ребенке не только мастерство, но и дух.

Команда Тарту нашего возраста обыгрывала рижское «Динамо» и достойно билась с московским. Трех лучших игроков нашей команды отправили в харьковский хоккейный интернат. По эстонским меркам там были жуткие условия - босячество, голод, клопы. К тому же все местные были против нас - мы не были к этому готовы. После двух недель там мы уехали в сборную Эстонию - возвращаться в Харьков никто не захотел.

При этом я часто приезжал на Украину к папе и бабушке. Зная о националистических настроениях в Эстонии, они спрашивали: «Боже мой, как же вы там выживаете?» В Тарту я возвращался с тренировки домой через стопроцентно эстонский район - на всякий случай брал с собой клюшку и вратарский блин, но когда приставали, обходился без них. Как говорится, вы меня в драке не видели - я так быстро бегаю. Любой национализм - от дурости. В Эстонии он быстро прошел».

Закончив Тартусский университет, Севастьянов шесть лет работал детским тренером по хоккею.

«Дети меня так любили, что по моему примеру коротко стриглись. За пару лет я поднял команду с двенадцатого места в тройку. Мне нравилось работать тренером, но чтобы достойно зарабатывать, я, как и многие в девяностые, гонял машины из Прибалтики в Петербург.

Однажды увидели с друзьями объявление о наборе в Санкт-Петербургскую академию театрального искусства. Я поспорил, что поступлю. Купил книги Пушкина и Крылова, быстро подготовился, прочел на экзамене отрывок из поэмы «Цыганы» и басню «Ягненок и волк». Спел песню. Я, конечно, предлагал ее не петь, но все равно пришлось. Над моим исполнением очень долго смеялись.

Вернувшись в вестибюль, я услышал: «Ты точно поступил. Все шикарно». А потом увидел, что украли мою барсетку с паспортом, деньгами и документами на машину. Позвонил по мобильному телефону товарищу: «Эти 16-летние Шварценеггеры и Ким Бэсинджеры ******** [стащили] мою сумку!» Поворачиваюсь, а аудитория открыта, и вся комиссия слушает мою лексику. Сказали: «Так-то все нормально, но у нас культурное учреждение. Вам, наверно, не к нам». - «Спасибо. Извините».

Поехал на улицу Чехова, 15 - недалеко от академии. Старший лейтенант милиции оторвал кусок зашарпанной полутуалетной бумаги и напечатал справку, что у меня украли все документы. Отправили запрос в Эстонию, чтобы мне сделали документ для пересечения границы. Пока ждали ответа, я поступил к другому театральному мастеру.

По той потрясающей справке я ездил еще полгода. Лучше любого паспорта! Она так износилась, что когда я ее с трудом доставал, меня сразу отпускали. Российское гражданство получил уже после того, как снялся в популярных фильмах.

Правда, в театральной академии проучился только пару месяцев. В Эстонии я считался лицом без гражданства и в российском вузе приравнивался к иностранцу, так что за полгода обучения пришлось бы заплатить около двух тысяч долларов. Это были очень серьезные деньги - в Эстонии квартиру можно было купить. Тогда каждая сотня долларов давалась с трудом, и не хотелось отдавать две тысячи за один семестр. К тому же от меня требовали документы, а у меня были только справка из милиции и паспорт Советского Союза. В общем, с учебой пришлось завязать.

Зато через общую подругу познакомился на театральной тусовке с Мишей Пореченковым. Он протащил меня в актерский отдел «Ленфильма» - сказал, что я его однокурсник (на киностудию брали только с третьего курса театрального). По возрасту я подходил, а на каком я реально курсе - никто не проверял. Подарил женщине на «Ленфильме» духи из duty free, и меня зачислили в массовку.

Попал в норвежский фильм «Обожженные морозом», где играл Евгений Сидихин. Про молодых офицеров пятидесятых годов. Снимали на Витебском вокзале - холодно, голодно, съемочный день затягивался. Весь день снимали проходы к ресторану, и к вечеру кушать уже ну очень хотелось. Наконец часов в семь нас запустили в сам ресторан, где были накрыты шикарные столы. Камера, мотор - первый дубль неудачный. Ребята смотрят: а на столе уже почти все съедено. Нас попросили: «Не спешите».

Видимо, режиссеру понравилось, как я выглядел в военной форме, и на второй дубль он попросил меня сесть ближе к главному герою. Там я закусил еще лучше. На том фильме я запомнился девочке, помощнице режиссера. Сказала: «Набираем актеров на фильм Балабанова. Хочешь - приходи. Но денег много не будет». - «С удовольствием».

С работой в кино тогда было очень тяжело: в баре на «Ленфильме» сидели актеры (например, потрясающий Андрюша Краско) и просто ждали работы. Думаю, многие это с ужасом вспоминают. Меня же Балабанов утвердил на роль одного из бандитов в «Брате» после короткой беседы. Я хорошо знал то, о чем снимался фильм: половина моего тартусского спортивного факультета ушла в рэкет. Эти ребята - боксеры, борцы - тренировались три раза в день, всегда хотели кушать, так что я легко вжился в роль. Да и сам Балабанов из такого края (Свердловск. - «Матч ТВ»), что трезво смотрел на вещи. Поэтому кино получилось таким честным. Работали быстро и дружно - сняли на одном дыхании за месяц.

Балабанов - человек, к которому испытываешь чувство притяжения. Он ненавязчивый собеседник, но за столом с ним интересно. Вступая в дискуссию, он наполнял ее новыми краскам. Умел и рассказывать, и слушать. Например, прислушался ко мне в сцене изнасилования.

Бюджет маленький, у героини одно платье, нужно было снять с первого дубля. А на репетициях ничего не клеилось. Все нервничали, и наконец я сказал Балабанову: «Леш, зачем ее таскать и бить? Дал ей раз, она отлетела, порвал платье - и вперед». Вся группа примолкла. Балабанов: «Быстро снимаем именно так, как он сказал». Потом спросил: «Слушай, откуда у тебя такой опыт?» - «Да нет никакого опыта. Просто зачем ее дергать туда-сюда? Мы же пришли унизить и обидеть, чтобы найти Бодрова и показать, что с нами не шутят».

Хотя чаще, конечно, я учился, чем советовал. На съемках пытался ловить каждое движение Виктора Сухорукова. От него веет мастерством и профессионализмом. Как он перевоплощался! Это гениально.

Сергей Бодров - очень душевный человек. Не люблю жмотов, а он как раз открытый, добрый. Так просто делал красивые дела, что вызывал умиление и симпатию. Зная, что у кого-то из девочек в съемочной группе плохо с деньгами, он делал им подарки, но это выглядело как что-то само собой разумеющееся.

Как же приятно вспоминать съемки «Брата»! В девятом классе я ходил на концерты «Наутилуса», знал все их песни наизусть, а тут сижу за одним столом с Вячеславом Бутусовым. Трешь глаза и все равно не веришь - это точно со мной происходит? Друзья потом поражались: как ты мог не сфотографироваться и автограф не взять?! Да я балдел уже от того, что разговаривал с Бутусовым! Работаешь с человеком восемь часов на площадке, пьешь с ним чай из пластиковых стаканов, ешь несвежие сосиски с левым кетчупом - а потом брать автограф?»

Самая смешная история съемок - сцена погони за Сергеем Бодровым.

«Забежали в подворотню, выстрелили, и от грохота обвалилась старая штукатурка. На нас упал хороший такой кусок, и мы не знали, что играть - это было очень неожиданно. По голове прилично бахнуло, и мы растерялись - так задумано, что ли? На выходе из двора нас ждала камера, а мы не выбегали. Помощник оператора заглянул в подворотню, а там стоим мы с партнером - все в меле. Я даже не понимал, в какую сторону дальше бежать.

Другая прикольная сцена - взрыв на рынке. Мы не могли в толпе устроить настоящий взрыв, но требовалось, чтобы люди обернулись. Что только не перепробовали, а народ спокойно ходил по своим делам. Тогда пожилая, опытная актриса сказала: «Сейчас все обернутся». Зашла в толпу и закричала: «Украли! Кошелек украли!» Все сразу обернулись на нее, а потом сразу - на свои сумки. Лучше было не снять, поэтому этот дубль оставили».

В том же 1997-м Севастьянов снялся у Александра Рогожкина.

«По сравнению с «Братом» «Особенности национальной рыбалки» - это совсем другой уровень по бюджету. Там и пробы были серьезнее, но я обошел в борьбе за роль Александра Лыкова (Казанову из «Улиц разбитых фонарей». - «Матч ТВ»), потому что консультант фильма, отставной адмирал, показал на меня: «Командир ракетного катера - это он!»

После проб в Питере - назад в Эстонию. Пересек границу, подъезжаю к Тарту - звонок: «Завтра отправляешься в экспедицию со съемочной группой». Доезжаю до дома, переодеваюсь - и в Кронштадт. А там уже вовсю идет творческий праздник. Три дня подряд. Так и подготовился к роли.

Трудно вспомнить, сколько у меня было съемочных смен, но прожил я в Кронштадте две с лишним недели - праздники были очень часто. Режиссер Рогожкин охотно переписывал сценарий во время съемок. Расскажешь ему что-то, он посмеется, а потом видишь - эта смешная история появилась в фильме. На каждом шагу рождался какой-то прикол - пять человек нормально заходили в автобус, а с шестым обязательно что-то происходило. Все время было весело, но один раз нам по ошибке привезли отбракованную водку. Отравились все. Два или три дня никто встать не мог.

При этом пьяными не снимались - алкоголя хватало в другое время. Для меня «Особенности национальной рыбалки» - две недели веселья и светлого общения в сочетании с работой. Наверное, это и есть счастье.

Правда, мою роль в итоге озвучил Лыков - из-за досадной ошибки. Я сказал, что после съемок уеду в отпуск и меня не будет с пятнадцатого по тридцатое число. Но девочки на студии ошиблись, и озвучивание пролетело мимо меня».

Фильм Рогожкина сделал Севастьянова узнаваемым. Однажды это спасло его от неприятностей.

«После съемок «Убойной силы» я мчался усталый и голодный к друзьям на шашлыки. Ехал в машине, взятой на продажу. На посту ГАИ меня тормознули. А на мне цепь и наколки - я же весь день играл вора в законе, который прятался в психушке. «Опа! - воскликнул гаишник, увидев меня. - А почему машина на транзитных номерах?» - «Продавать везу». - «Еще и по доверенности?» - «Да». - «Пойдем на пост».

Направили на меня автомат. Говорю: «Да это все нарисованное». Стал тереть наколки, а они не стираются. «Ты откуда такой?» - «Из Эстонии». - «А паспорт где?» - «Торопился утром - не взял с собой». - «Ага, конечно». И - в рацию: «Черемуха, Черемуха, я Север. ОМОН сюда».

Думаю, ну все, приехал.

Зашел капитан: «О, да это же артист - в «Рыбалке» снимался». - «То-то я смотрю мне его рожа знакома. Думал, в ориентировках видел». Я потерял час, опоздал на шашлык, но был счастлив, что меня отпустили».

На рубеже девяностых-нулевых Севастьянов снялся во всех популярных сериалах - не только в «Убойной силе», но и в «Улицах разбитых фонарей» и «Агенте национальной безопасности», где одну из главных ролей исполнил Андрей Краско, в сорок девять лет умерший от сердечной недостаточности на съемках фильма «Ликвидация».

«Это уникальный человек. Готов был последнюю рубашку отдать. С ним на площадке хорошо, а вне площадки - еще лучше. Оказываясь с ним рядом, я балдел от того, что Бог подарил мне такое счастье. Слушал его, и будто читал жизненную энциклопедию. Написанную не мелким шрифтом, черным по белому, а объемную - как детская книга с декорациями».

Съемки в кино были для молодого бизнесмена Севастьянова не забавой, а любимой и хорошо оплачиваемой работой.

«Не считая «Брата», я зарабатывал серьезные деньги - например, на «Рыбалке» получал за съемочный день пятьсот долларов. Я часто снимался, получал все больше предложений, но в 2004-м взял паузу. Автомобильные дороги привели в Псков. Сначала думал, что так будет даже удобнее сниматься в Питере, но тут оказалось очень много работы».

Весной 2007-го Севастьянов стал депутатом псковского областного собрания. Сегодня он отказывается называть ту предвыборную кампанию тяжелой.

«Да ничего тяжелого - просто мне сожгли дачу. Тогда это модно было - много-то ума не надо. На девяносто процентов я знаю, кто это сделал. Мне доставляет удовольствие, что он догадывается, что я его вычислил. Он работает и живет в Пскове.

Еще был очень креативный ход - в ночь перед выборами на лобовые стекла машин и дверные глазки наклеили стикеры «Голосуйте за Севастьянова». Молодцы: хорошие наклейки, долго сдирались, для конца девяностых была бы классная акция, но к 2007-му люди поумнели - понимали, что нормальный человек такое делать не будет».

Пять лет назад Севастьянов соскучился по кино.

«Ощутил, что не хватает тех эмоций. Выложил агентам свои новые фотографии, и дело пошло. Снялся, например, в двух исторических фильмах Дмитрия Месхиева - «Батальон» и «Стена».

В футбол Севастьянова затянуло в середине нулевых.

«Я открывал в Пскове автосалоны, автомагазины и, конечно, был заинтересован в том, что разместить рекламу на стадионе, куда приходило восемь-десять тысяч мужчин. Красиво вручили команде «Псков-2000» чек на миллион рублей и разместились на форме и рекламных щитах. Это был чисто коммерческий ход.

Позже я узнал, что наши деньги пошли на латание дыр. Мне-то реклама помогла, а вот команда обанкротилась. Ко мне подошел местный ветеран: «У тебя совесть есть? Я, как вернулся с войны, всю жизнь ходил на этот стадион. Что вы сделали с клубом?» Я даже не сразу понял, о чем он. Потом заслуженные псковские футболисты предложили взять заброшенный стадион «Локомотив». Взял. Помогите детишкам! Помог. Давайте в любительскую лигу заявимся! Давайте. Ввязался в это, и стало жалко бросать.

Потом пришла мама одного из игроков: «Раньше был профессиональный клуб. Я хоть знала, что сын может туда попасть. А сейчас ему чем заниматься?» Заявились во вторую лигу - оказалось, играть там даже дешевле, чем в любительской, где у нас в год набиралось четыре выезда на Кольский полуостров: мало того что ездить далеко, так еще и снега там нет лишь в июле».

Севастьянов не только содержит в Пскове команду второй лиги и детскую школу, но и больше десяти лет возглавляет областную федерацию футбола. Три года назад местный чемпионат прославил 60-летний судья матча «Шелонь» (Порхов) и «Чайка» (Гдов) Николай Мощев: он отмахивался от игроков электрошокером, но через несколько секунд был отправлен в нокаут.

«Мощева отстранили, но он и не был действующим судьей: закончил профессиональную деятельность, но первый арбитр заболел, и пришлось судить Мощеву. Рыбаки - серьезные ребята, целую неделю в озере сети таскают, а тут приехали на матч - арбитр подсуживает. Пригрозили, запугали, и на второй тайм судья вышел с электрошокером...

Да, прославиться мы умеем. Показываем все, что есть в нашем футболе - от профессионалов до любителей. До этого в матче двух райцентров через поле проехала телега с лошадью. Мужик решил, что это самый короткий путь. Мяч пролетел под телегой и заскочил в ворота. Судья засчитал.

А все потому, что играем на простых полях. Но ведь играем же! Футбол в Псковской области есть на всех уровнях».

На мировой уровень псковскую команду летом 2010-го вывел полузащитник Максим Молокоедов. Он попался в аэропорту Сантьяго с шестью килограммами кокаина, получил три года, привлек внимание тренера сборной Чили Клаудио Борги, приехавшего на встречу с заключенными, и прямо в тюрьме подписал контракт с командой второй лиги «Сантьяго Морнинг», за которую играл до 2014 года, продолжая отбывать срок.

«У него закончился контракт с нашей командой, и он уехал отдыхать к брату, - говорит Севастьянов. - Мы были не против продлить с ним контракт, но его хлопнули с такой посылкой. Как мы могли помочь человеку, которого закрыли в тюрьме на другом континенте? Только написали характеристику, когда нас попросили.

Он нормальный парень, не дурак. Не конфликтный малый. Считаю, его подставили».

Более свежая история: месяц назад 39-летний защитник «Пскова-747» Иван Ершов попал на допинге.

«Да, у него в крови нашли мельдоний, который ему понадобился по предписанию личного врача, - признает Севастьянов. - По указанию РФС мы обязаны были отстранить его от тренировок. Он хотел уже этой зимой завязать с футболом - пришлось сделать это раньше. Иван порядочный человек, поиграл в премьер-лиге, вернулся в Псков закончить карьеру, был на поле папой для молодых ребят, и мне жаль, что так случилось. Если ему разрешат тренировать, я с большим удовольствием возьму его тренером в школу, молодежку или команду мастеров».

В 2011 году в Псков вернулся Эдуард Малофеев, полуфиналист ЧМ-66, в качестве тренера выигравший чемпионат СССР с минским «Динамо». На излете девяностых он уже выводил псковскую команду во вторую лигу, а потом приходил в нее еще два раза. «Я чувствую себя здесь комфортно, - объяснял специалист свое возвращение в интервью псковской ленте новостей. - Сам дух действует на меня положительно. Я даже в Ленинграде чувствовал себя хуже. Псков - намоленный город, здесь много церквей – это для меня очень важно».

Севастьянов дополняет: «Он был без работы и сам хотел сюда приехать. Губернатор помог потянуть зарплату, и Малофеев вернулся. Я не видел тренера, который бы лучше работал с молодежью. Фантастическое зрелище: он подолгу, глядя в глаза, втолковывал что-то шестнадцатилетним мальчикам, которые и не видели, как Малофеев выигрывал чемпионат СССР и тренировал сборную. После двух-трех таких бесед это были уже другие футболисты. Он умел их заряжать.

Его слабость к алкоголю - иная история. Главное, что, подходя к стадиону, он начинал работать. Возглавляя первую команду, любил даже посмотреть, как работают детские тренеры. Покинул он Псков из-за проблем со здоровьем».

До Малофеева «Псков-747» тренировал Владимир Косогов. В советское время он был вратарем в дальневосточных клубах второй лиги, в начале девяностых открыл во главе псковского «Машиностроителя» Дмитрия Аленичева, поработал в Хорватии и Бельгии, а в 2008-м прогремел на всю Россию: в роли тренера команды из Вышнего Волочка заявил на пресс-конференции, что «Терек» и «Томь» покупали матчи для выхода в премьер-лигу. Доказательств, правда, не предоставил и был оштрафован на сто тысяч рублей. Через полтора года Севастьянов вернул Косогова в Псков.

«Ту историю растиражировали, а про самого Косогова забыли, но вообще-то многим нужно взять с него пример и сказать про наш футбол правду. В нем не все хорошо. Его надо тряхануть по полной. Недавно Великие Луки проиграли в Кубке «Енисею» - 1:2. У первых зарплата тридцать тысяч рублей в месяц, у вторых - миллион. А где эта разница на поле? Кокорин и Мамаев - лакмусовая бумажка того, что происходит в сказочном мире премьер-лиги».

Два года назад, во время выборов президента РФС, Алексей Севастьянов разозлил Валерия Газзаева и Олега Романцева.

«Все проголосовали за регламент: каждый докладчик выступает пять-семь минут. Газзаев говорил десять минут, пятнадцать. Я напомнил про регламент. Он: «Сколько хочу, столько и говорю». - «Но вы же сами проголосовали за регламент!» Романцев возмутился: «А что это у нас Псков решает, кому говорить, а кому нет». Но у меня вечером поезд, я приехал вопросы решать, а не слушать бесконечные разговоры.

В прошлом году сменилось одиннадцать губернаторов. Одиннадцать регионов сидели бледные, не зная, полюбит новый губернатор футбол или не полюбит. Вот что надо обсуждать. Газзаев, так сильно любящий говорить, как депутат Госдумы семь раз собирался приехать в Псков, но каждый раз ему что-то мешало.

Он, конечно, может похвастаться своим вкладом в развитие футбола во Владикавказе, но я приехал на ту конференцию, чтобы отстаивать свое дело - десять возрастов футбольной школы, триста детей, молодежная и профессиональная команды, - перечисляет Алексей Анатольевич. - Выращиваю не наркоманов, жуликов или воров, а здоровых парней, которые дружат с головой, благодаря футболу посмотрят мир и гордо представят Псков в чемпионате России». 

«В первом классе клеил на подъезды листовки: «Сталин - сволочь». Самый необычный топ-менеджер нашего футбола

Фото: РИА Новости/Дмитрий Донской, РИА Новости/Игорь Костин, Ian Gavan / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, РИА Новости/Алексей Даничев, РИА Новости/Евгений Одиноков, ok.ru/Алексей Севастьянов, ФК «Псков-747», РИА Новости/Виталий Белоусов, РИА Новости/Владимир Родионов